Skip to content
Карта сайта Широкий экран Авто настройка размера экрана Увеличить размер шрифта Уменьшить размер шрифта Размер шрифта по умолчанию
Дорический ордер колонныДорический ордер  Колонна дорического ордера не имеет базы, ствол прорезан каннелюрами; капитель состоит из двух каменных плит - эхина и абака. Нижняя плита круглая, а верхняя квадратная. Дорическая колонна тяжеловесна, чуть ниже середины - утолщена. Устремленность колонны вверх подчеркивают вертикальные желобки.
 

ОрнаметыОрнамент (от лат. ornamentum - украшение) - узор, состоящий из ритмически упорядоченных элементов. Рельефный орнамент имеет большое применение в украшении фасадов зданий и внутренности комнат, а также для украшения рам, ваз, и т.д.  Для орнамента характерна стилизация, превращающая изображение в мотив узора.

 

КолонныКолонна (франц. colonne) - архитектурно обработанная круглая в сечении вертикальная опора, элемент несущей конструкции зданий и архитектурных ордеров. Состоит из ствола, капители и базы. Колонны могут быть применены в арочных конструкциях или проемов, внутри помещения - для отделения проходной части от гостиной.

 
Главная arrow Статьи arrow Классицизм
Классицизм

Во времена чисто придворных художе­ственных форм стиля рококо, существование которого было весьма непродолжительно, вышедшие из народа художники направляли все свои стремления к простоте и правдивос­ти художественных форм, поставив при этом своею целью создание нового классицизма, который развивался одновременно со стилем рококо и постепенно завоевал себе обшир­ный круг почитателей. Такому положению вещей сильно содействовали мировые собы­тия, которым посвящал тогда ученый мир свое особенное внимание. Раскопки Помпеи и Геркуланума дали блестящие результаты; эллинская и римская антика снова получила признание как неувядаемый образец чисто художественной формы, и убеждение, что ее следует предпочитать всем другим художе­ственным формам, сделалось общим досто­янием всех ученых того времени. Под влия­нием всего этого, с половины XVIII столетия, во французской архитектуре и декоративном искусстве стало уже замечаться сильное от­клонение от форм рококо, которое вместе с угасанием придворного блеска в 1760 году неминуемо пошло к упадку и было оконча­тельно побеждено. Такой быстрый перево­рот как нельзя более свидетельствует о все­общем пресыщении и сонливости, которые обязательно последовали за необычайным подъемом во времена господства рококо. Но и новый классицизм не был подготов­лен свежим интеллектуальным движением, а выразил собою только переворот в суще­ствовавших до него принципах, вследствие чего он и не пошел далее одностороннего подражания антике. Опять настало такое время, когда понятие о красоте ограничи­лось соображениями, так сказать, чисто физического закона и правил. Фасады получа­ют снова прямолинейные карнизы, без вы­пусков по углам окон и дверей; свободно стоящие колонны или половинки их под­держивают балки; строго дорическая колон­на с неканнелированным стержнем и с триглифным карнизом имеет большое при­менение. Все наружные украшения сокращаются до минимума. Ниши и большие во­люты на церковных фасадах почти совсем исчезают. В орнаменте характеристически­ми мотивами являются венки из цветов, гру­бые подушки из лавров, легкие драпировки, размещаемые дугообразно между розеттами. Лист аканта получает своеобразный вырез, напоминающий своими ложкообразными лиственными  формами  римско-коринфскую капитель. Пальмовое опахало и нату­ралистически обработанные цветы, в осо­бенности тонколистый лавр, розы, плющ и виноградная зелень, появляются в соедине­нии с античным гротеском в филенках, бронзовых приборах и т. п. как более излюб­ленные   формы   украшения.   Только    в 1775 году наступил поворот к улучшению; новые стильные формы проясняются; вме­сто всего прежнего, сообразно с законами применения антики, появляется свободная художественная мысль, очистившая грубые, непонятные формы и облагородившая их изяществом и грациозностью. Этот тонкий и изящный стиль Людовика XVI достиг своеоб­разного и отчасти очень грациозного декора­тивного применения. Но едва успел он со­зреть, как наступила революция, когда вся изысканность и утонченность придворного обихода пошли насмарку, когда прекратил свое существование и «стиль Людовика XVI».

 
« Пред.   След. »